Частно публичного обвинения упк



Статья 20. Виды уголовного преследования


СТ 20 УПК РФ 1. В зависимости от характера и тяжести совершенного преступления уголовное преследование, включая обвинение в суде, осуществляется в публичном, частно-публичном и частном порядке. 2. Уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 115 частью первой, и , считаются уголовными делами частного обвинения, возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, его законного представителя, за исключением случаев, предусмотренных частью четвертой настоящей статьи, и подлежат прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым.

Примирение допускается до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора, а в суде апелляционной инстанции — до удаления суда апелляционной инстанции в совещательную комнату для вынесения решения по делу.

3. Уголовные дела частно-публичного обвинения возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего или его законного представителя, но прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым не подлежат. К уголовным делам частно-публичного обвинения относятся уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 116, 131 частью первой, 132 частью первой, 137 частью первой, 138 частью первой, 139 частью первой, 144.1, 145, 146 частью первой, 147 частью первой, 159 частями пятой — седьмой Уголовного кодекса Российской Федерации, а также уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 159 частями первой — четвертой, 159.1 — 159.3, 159.5, 159.6, 160, 165, 176 частью первой, 177, 180, 185.1, 201 частью первой Уголовного кодекса Российской Федерации, если они совершены индивидуальным предпринимателем в связи с осуществлением им предпринимательской деятельности и (или) управлением принадлежащим ему имуществом, используемым в целях предпринимательской деятельности, либо если эти преступления совершены членом органа управления коммерческой организации в связи с осуществлением им полномочий по управлению организацией либо в связи с осуществлением коммерческой организацией предпринимательской или иной экономической деятельности.
К уголовным делам частно-публичного обвинения относятся уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 116, 131 частью первой, 132 частью первой, 137 частью первой, 138 частью первой, 139 частью первой, 144.1, 145, 146 частью первой, 147 частью первой, 159 частями пятой — седьмой Уголовного кодекса Российской Федерации, а также уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 159 частями первой — четвертой, 159.1 — 159.3, 159.5, 159.6, 160, 165, 176 частью первой, 177, 180, 185.1, 201 частью первой Уголовного кодекса Российской Федерации, если они совершены индивидуальным предпринимателем в связи с осуществлением им предпринимательской деятельности и (или) управлением принадлежащим ему имуществом, используемым в целях предпринимательской деятельности, либо если эти преступления совершены членом органа управления коммерческой организации в связи с осуществлением им полномочий по управлению организацией либо в связи с осуществлением коммерческой организацией предпринимательской или иной экономической деятельности.

К уголовным делам частно-публичного обвинения не могут быть отнесены уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 159 — 159.3, 159.5, 159.6, 160, 165, 176 частью первой, 177, 180, 185.1, 201 частью первой Уголовного кодекса Российской Федерации, в случаях, если преступлением причинен вред интересам государственного или муниципального унитарного предприятия, государственной корпорации, государственной компании, коммерческой организации с участием в уставном (складочном) капитале (паевом фонде) государства или муниципального образования либо если предметом преступления явилось государственное или муниципальное имущество. 4. Руководитель следственного органа, следователь, а также с согласия прокурора дознаватель возбуждают уголовное дело о любом преступлении, указанном в частях второй и третьей настоящей статьи, и при отсутствии заявления потерпевшего или его законного представителя, если данное преступление совершено в отношении лица, которое в силу зависимого или беспомощного состояния либо по иным причинам не может защищать свои права и законные интересы. К иным причинам относится также случай совершения преступления лицом, данные о котором не известны.

5. Уголовные дела, за исключением уголовных дел, указанных в частях второй и третьей настоящей статьи, считаются уголовными делами публичного обвинения. 1. Уголовное преследование является одной из функций уголовного судопроизводства, которая имеет свою собственную правовую природу и отделена при реализации своих полномочий от функции защиты и разрешения уголовного дела.

Из анализа видно, что понятие «уголовное преследование» рассматривается в уголовном судопроизводстве более широко, чем понятие «обвинение».

Кроме того, уголовное преследование можно определить как уголовно-процессуальную деятельность соответствующих государственных органов и должностных лиц по привлечению к уголовной ответственности лиц (лица), совершивших преступления, включающую и возбуждение процесса расследования, и само расследование обстоятельств преступления, розыск и поимку лица, совершившего преступление, утверждение лица о виновности в совершенном преступлении, путем выдвижения тезиса о его виновности перед судебными органами, а также доказывание его виновности в судебном заседании и т.д.

. При этом уголовное преследование направлено и на прекращение деятельности по привлечению к уголовной ответственности лица (лиц) посредством прекращения уголовного дела и (или) уголовного преследования в случаях, предусмотренных ст. ст. 24 — 28.1 УПК РФ. Согласно Постановлению Конституционного Суда РФ от 17 октября 2011 г.

N 22-П уголовное преследование

«является одной из форм реализации государством своей обязанности по признанию, соблюдению и защите прав и свобод человека и гражданина, обеспечению защиты других конституционно значимых ценностей (статья 2; статья 52; статья 55, часть 3 Конституции Российской Федерации) в тех случаях, когда эти ценности становятся объектом преступного посягательства»

.

——————————— Более подробно об этом см.: Качалов В.И. И снова — к вопросу о государственном обвинении в уголовном судопроизводстве. Перспективы развития уголовно-процессуального права и криминалистики.

М.: РАП, 2013. Ч. 2. С. 77 — 82. См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 17 октября 2011 г.

N 22-П «По делу о проверке конституционности частей первой и второй статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан В.А. Тихомировой, И.И. Тихомировой и И.Н. Сардыко» // . 2. На уголовное преследование при производстве по уголовным делам существенным образом влияют диспозитивность и (или) публичность.

В зависимости от степени действия диспозитивности и публичности на уголовное преследование различают три самостоятельных вида уголовного преследования: публичное, частно-публичное и частное. При этом уголовное преследование в пределах своих компетенций осуществляют прокурор, руководитель следственного органа, следователь, орган дознания в лице начальника органа дознания, начальника подразделения органа дознания, дознавателя, частный обвинитель и его представитель либо законный представитель, потерпевший и его представитель либо законный представитель, гражданский истец и его представитель либо законный представитель.
При этом уголовное преследование в пределах своих компетенций осуществляют прокурор, руководитель следственного органа, следователь, орган дознания в лице начальника органа дознания, начальника подразделения органа дознания, дознавателя, частный обвинитель и его представитель либо законный представитель, потерпевший и его представитель либо законный представитель, гражданский истец и его представитель либо законный представитель. Кроме того, гражданский истец и его представитель либо законный представитель вправе осуществлять уголовно-процессуальную деятельность по осуществлению уголовного преследования в части гражданского иска по уголовному делу.

3. Действие диспозитивности в уголовном преследовании представляет собой право лица, потерпевшего от преступления, распорядиться самостоятельно своим правом на уголовное преследование.

По своей сущности диспозитивность в уголовном судопроизводстве не меняет ни характера публично-правовых отношений, порождаемых фактом совершения преступления, ни природы принимаемых в связи с этим судебных решений как государственных правовых актов, выносимых именем Российской Федерации и имеющих общеобязательный характер, ни существа применяемых на основании этих решений мер государственного принуждения . Права и законные интересы лица, потерпевшего от преступления, в полной мере защищаются от преступлений, и тем самым достигается цель уголовного судопроизводства. Кроме того, не будет отменена и обязанность государства — в лице прокурора, руководителя следственного органа, следователя и дознавателя — обеспечивать уголовное преследование по уголовным делам частного обвинения в случае, когда неизвестно лицо, совершившее преступление, предусмотренное ч.

1 ст. 115, ч. 1 ст. 116, ч. 1 ст.

128.1 УК РФ. В отличие от органов дознания, предварительного следствия и государственного обвинения на частного обвинителя не возлагается юридическая обязанность по установлению события преступления и изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления. ——————————— Данная позиция было определена в Постановлении Конституционного Суда РФ от 17 октября 2011 г. N 22-П «По делу о проверке конституционности частей первой и второй статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан В.А.

Тихомировой, И.И. Тихомировой и И.Н. Сардыко» // . 4. По делам частного обвинения уголовное преследование осуществляется от имени государства только в случаях, когда неизвестно лицо, совершившее преступления, предусмотренные ч.

1 ст. 115, ч. 1 ст. 116, ч. 1 ст. 128.1 УК РФ. Кроме того, уголовное преследование осуществляется и в случаях, когда руководитель следственного органа, следователь, а также с согласия прокурора дознаватель возбуждают уголовное дело о преступлениях, предусмотренных ч.

1 ст. 115, ч. 1 ст. 116, ч. 1 ст.

128.1 УК РФ, при отсутствии заявления потерпевшего или его законного представителя, если данное преступление совершено в отношении лица, которое в силу зависимого или беспомощного состояния либо по иным причинам не может защищать свои права и законные интересы. 5. В случаях, когда в ходе судебного разбирательства по уголовному делу суд приходит к выводу о необходимости изменения ранее предъявленного обвинения подсудимому за преступления, дела по которым возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего (ст.

ст. 115, 116 и ч. 1 ст. 128.1 УК РФ), суд должен выяснить позицию потерпевшего либо его законного представителя в части их волеизъявления по вопросам привлечения подсудимого к уголовной ответственности. В п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 апреля 1996 г. N 1 сказано: «При отсутствии в деле жалобы суд выясняет в судебном заседании у потерпевшего, желает ли он привлечь подсудимого к уголовной ответственности.

В случае заявления потерпевшего, что он этого не желает, а также в случае, когда жалоба в деле имеется, но потерпевший заявляет о примирении с подсудимым, суд своим определением (постановлением) прекращает дело производством на основании , за исключением случаев, предусмотренных ч. 4 ст. 20 УПК РФ. При этом вступление в уголовное дело прокурора не является препятствием для прекращения дела за примирением потерпевшего с подсудимым ()» .
4 ст. 20 УПК РФ. При этом вступление в уголовное дело прокурора не является препятствием для прекращения дела за примирением потерпевшего с подсудимым ()» .

——————————— См.: Постановление Пленума ВС РФ от 29 апреля 1996 г. N 1 «О судебном приговоре» // .

6. Правило, при котором по уголовным делам частного обвинения уголовно-процессуальная деятельность прекращается в связи с примирением сторон до удаления суда в совещательную комнату, исходит из того, что данные категории преступлений не представляют значительной общественной опасности и их раскрытие обычно не вызывает трудностей, а потерпевший сам может осуществлять уголовное преследование. Потерпевший обращается за защитой своих прав и законных интересов непосредственно в суд и доказывает как факт совершения преступления, так и виновность в нем конкретного лица, минуя обязательные в ситуациях по делам частно-публичного и публичного обвинения процессуальные стадии досудебного производства.

При этом выдвижение обвинения и поддержание его в суде являются не обязанностью, а правом потерпевшего, которое вытекает из ст.

22 и ч. 3 ст. 246 УПК РФ. (Более подробно см. комментарий к ст. 22 и ч. 3 ст. 246 настоящего Кодекса.) Уголовное преследование по делам частно-публичного обвинения, диспозитивность действует только на начальной стадии уголовного преследования.

Поэтому по уголовным делам частно-публичного обвинения уголовное преследование может быть начато только при наличии заявления потерпевшего (потерпевшей) или законного представителя потерпевшего (потерпевшей). При этом заявление законного представителя потерпевшего (потерпевшей) имеет юридическую силу о начале уголовного преследования только в случае, когда сам потерпевший (потерпевшая) в силу возраста, психического состояния или иных обстоятельств (находится в больнице, отсутствует физическая возможность написать заявление и т.д.) не в состоянии соответствующее заявление составить либо направить для начала уголовного преследования.

Данное положение касается и преступлений, предусмотренных ст. ст. 159 — 159.6, 160, 165 УК РФ.

Положения диспозитивности прекращают действовать по делам частно-публичного обвинения в случаях, когда потерпевший или его законный представитель находятся в беспомощном состоянии (находятся в больнице, отсутствует физическая возможность написать заявление и т.д.) либо находятся в зависимости от лица, который совершил преступление против них (в финансовой зависимости, является работодателем для потерпевшего или его законного представителя и т.д.). В этих случаях по уголовным делам частно-публичного обвинения, а также по делам частного обвинения уголовное дело возбуждается в пределах своей компетенции, установленной положениями ст. 151 УПК РФ, руководителем следственного органа, следователем, а также дознавателем, но с согласия прокурора.

Понятие и виды уголовного преследования по УПК РФ статья 20

» Новая редакция Ст. 20 УПК РФ1. В зависимости от характера и тяжести совершенного преступления уголовное преследование, включая обвинение в суде, осуществляется в публичном, частно-публичном и частном порядке.2. Уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 115 частью первой, 116.1 и 128.1 частью первой Уголовного кодекса Российской Федерации, считаются уголовными делами частного обвинения, возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, его законного представителя, за исключением случаев, предусмотренных частью четвертой настоящей статьи, и подлежат прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым.

Примирение допускается до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора, а в суде апелляционной инстанции — до удаления суда апелляционной инстанции в совещательную комнату для вынесения решения по делу.3. Уголовные дела частно-публичного обвинения возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего или его законного представителя, но прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым не подлежат.

К уголовным делам частно-публичного обвинения относятся уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 116, 131 частью первой, 132 частью первой, 137 частью первой, 138 частью первой, 139 частью первой, 144.1, 145, 146 частью первой, 147 частью первой, 159 частями пятой — седьмой Уголовного кодекса Российской Федерации, а также уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 159 частями первой — четвертой, 159.1 — 159.3, 159.5, 159.6, 160, 165, 176 частью первой, 177, 180, 185.1, 201 частью первой Уголовного кодекса Российской Федерации, если они совершены индивидуальным предпринимателем в связи с осуществлением им предпринимательской деятельности и (или) управлением принадлежащим ему имуществом, используемым в целях предпринимательской деятельности, либо если эти преступления совершены членом органа управления коммерческой организации в связи с осуществлением им полномочий по управлению организацией либо в связи с осуществлением коммерческой организацией предпринимательской или иной экономической деятельности. К уголовным делам частно-публичного обвинения не могут быть отнесены уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 159 — 159.3, 159.5, 159.6, 160, 165, 176 частью первой, 177, 180, 185.1, 201 частью первой Уголовного кодекса Российской Федерации, в случаях, если преступлением причинен вред интересам государственного или муниципального унитарного предприятия, государственной корпорации, государственной компании, коммерческой организации с участием в уставном (складочном) капитале (паевом фонде) государства или муниципального образования либо если предметом преступления явилось государственное или муниципальное имущество.4.

Руководитель следственного органа, следователь, а также с согласия прокурора дознаватель возбуждают уголовное дело о любом преступлении, указанном в частях второй и третьей настоящей статьи, и при отсутствии заявления потерпевшего или его законного представителя, если данное преступление совершено в отношении лица, которое в силу зависимого или беспомощного состояния либо по иным причинам не может защищать свои права и законные интересы. К иным причинам относится также случай совершения преступления лицом, данные о котором не известны.5. Уголовные дела, за исключением уголовных дел, указанных в частях второй и третьей настоящей статьи, считаются уголовными делами публичного обвинения.1.

Под уголовным преследованием согласно п.

55 ст. 5 УПК РФ понимается процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.2. В ч. 1 комментируемой статьи установлено, что уголовное преследование подразделяется на частное, частно-публичное и публичное в зависимости от характера и тяжести совершенного преступления.«Характер преступления» – это оценочная категория, которая позволяет определить степень общественной опасности того либо иного деяния, исходя их предыдущего правоприменительного опыта и специфики общественных отношений, которые охраняет та либо иная норма материального права.Тяжесть преступления позволяет определить, какой по значимости вред был причинен общественным отношениям в результате совершения того либо иного деяния. В отличие от предыдущего параметра законодатель установил формальные критерии составов преступлений, которые относятся к деяниям различной степени тяжести.Согласно ст.

15 УК РФ в зависимости от характера и степени общественной опасности все деяния, предусмотренные УК РФ, подразделяются на преступления небольшой тяжести, преступления средней тяжести, тяжкие преступления и особо тяжкие преступления.3. Для отнесения уголовных дел к тем либо иным категориям законодатель использовал одновременно два параметра: характер совершенного преступления и его тяжесть.

Тем самым подразделение видов уголовного преследования на частное, частно-публичное является выражением воли законодателя, обусловленной реальной степенью общественной опасности того либо иного деяния как по ширине охвата нарушаемых общественных отношений, так и по степени их нарушения.Так, к уголовным делам частно-публичного обвинения относятся и дела о преступлениях, которые в соответствии с уголовно-правовой классификацией относятся к тяжким (ч. 1 ст. 131 УК РФ – изнасилование, ч.

1 ст. 132 УК РФ – насильственные действия сексуального характера). С другой стороны, по большинству видов деяний, которые относятся к разряду преступлений небольшой тяжести, уголовное преследование осуществляется в порядке публичного обвинения. Таким образом, подразделение видов уголовного преследования на частное, частно-публичное и публичное является выражением воли законодателя, обусловленной реальной степенью общественной опасности того либо иного деяния.4.

Согласно ч. 2 комментируемой статьи уголовными делами частного обвинения являются дела о преступлениях, ответственность за которые установлена следующими статьями УК РФ: ч. 1 ст. 115 «Умышленное причинение легкого вреда здоровью»; ст. 116.1

«Нанесение побоев лицом, подвергнутым административному наказанию»

; ч.

1 ст. 128.1 «Клевета». Как показывает анализ составов данных преступлений, в результате любого из этих деяний вред причиняется лишь конкретному лицу, в отношении которого оно было совершено. Как правило, лицо, совершившее это преступление, стремится причинить физический или моральный вред конкретному лицу в связи с имеющимися между ними неприязненными отношениями, что не представляет опасности для общества в целом.5. Комментируемая статья гласит, что уголовные дела по признакам данных преступлений

«возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, его законного представителя»

.

Но данное положение не в полной мере соответствует закрепленному в ч. 1 ст. 318 УПК РФ правилу, согласно которому

«уголовные дела о преступлениях, указанных в части второй статьи 20 настоящего Кодекса, возбуждаются потерпевшим или его законным представителем»

. Согласно положениям принципа состязательности (ч.

3 ст. 15 УПК РФ) суд органом уголовного преследования не является и соответственно сам уголовные дела возбуждать не вправе. Поэтому более правильной является позиция законодателя, выраженная в ч. 1 ст. 318 УПК РФ: уголовные дела возбуждает сам потерпевший, который при этом приобретает статус частного обвинителя (ст.
1 ст. 318 УПК РФ: уголовные дела возбуждает сам потерпевший, который при этом приобретает статус частного обвинителя (ст.

43 Кодекса).6. Заявление потерпевшего (его законного представителя) должно содержать ясно выраженное желание осуществлять уголовное преследование лица, которое совершило деяние. В качестве такого заявления не могут расцениваться показания, данные лицом при допросе по другому уголовному делу, если оно не настаивало на возбуждении уголовного дела частного обвинения.7. Отсутствие заявления потерпевшего, если уголовное дело может быть возбуждено не иначе как по его заявлению, за исключением случаев, предусмотренных ч.

4 комментируемой статьи, является безусловным основанием отмены последующих судебных решений.8.

Производство по уголовному делу частного обвинения подлежит незамедлительному прекращению в том случае, когда потерпевший примирился с обвиняемым. Если уголовное дело было возбуждено по заявлению законного представителя потерпевшего (ст.

45 УПК РФ), то в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым оно также подлежит прекращению, поскольку приоритет в выборе средств и способов защиты своих прав принадлежит самому лицу.9.

Термин «примирение» подразумевает, что между потерпевшим и обвиняемым должно быть достигнуто обоюдное согласие относительно предмета уголовно-правового отношения. При этом должны быть урегулированы все вопросы, касающиеся способов и размеров возмещения или иного заглаживания вреда, который был причинен в результате преступления. Если поступило устное заявление сторон, то факт примирения отражается в протоколе судебного заседания.

При подаче письменных заявлений они приобщаются к материалам уголовного дела.10. Стороны могут примириться в суде как первой, так и апелляционной инстанции вплоть до удаления состава суда в совещательную комнату.

Если, несмотря на заявление о примирении сторон, суд не прекратил уголовное дело частного обвинения, то вышестоящий суд отменяет приговор и уголовное дело прекращает.11. В ч. 3 комментируемой статьи закреплен перечень составов преступлений, по которым уголовное преследование осуществляется в частно-публичном порядке. К ним относятся деяния, ответственность за которые установлена следующими статьями УК РФ: ст.

116 «Побои»; ч. 1 ст. 131 «Изнасилование»; ч. 1 ст. 132 «Насильственные действия сексуального характера»; ч.

1 ст. 136

«Нарушение равенства прав и свобод человека и гражданина»

; ч.

1 ст. 137 «Нарушение неприкосновенности частной жизни» и др. К ним также относится ряд деяний, совершенных в сфере предпринимательской деятельности, если они не причинили вред государственным структурам.12. Возбуждение уголовного дела частно-публичного обвинения производится в общем порядке (раздел VII УПК РФ), но только в случае подачи заявления потерпевшим или его законным представителем.

Возбуждение уголовного дела частно-публичного обвинения производится в общем порядке (раздел VII УПК РФ), но только в случае подачи заявления потерпевшим или его законным представителем. Предварительное расследование по уголовному делу частно-публичного обвинения в зависимости от подследственности осуществляется в форме дознания или предварительного следствия (ст.

150 УПК РФ).В отличие от уголовных дел частного обвинения дела частно-публичного обвинения имеют более значительную степень общественной опасности. Если потерпевший подает заявление, то впоследствии производство по уголовному делу осуществляется в общем порядке и его дальнейшее движение не зависит от волеизъявления потерпевшего.13. По уголовным делам частно-публичного обвинения потерпевший или его законный представитель вправе примириться с подозреваемым, обвиняемым и заявить ходатайство о прекращении уголовного дела по основаниям и в порядке, установленным в ст.

25 УПК РФ. Вместе с тем органы и должностные лица уголовного судопроизводства лишь вправе, но не обязаны прекращать уголовные дела частно-публичного обвинения в связи с примирением сторон.14. В ч. 4 комментируемой статьи закреплена возможность возбуждения уголовных дел частного и частно-публичного обвинения и при отсутствии заявления потерпевшего. Это вправе сделать следователь, а также с согласия прокурора дознаватель, если преступление было совершено в отношении лица, находящегося в зависимом состоянии или по иным причинам не способного самостоятельно воспользоваться принадлежащими ему правами.Под зависимым понимается такое состояние лица, когда оно лично или его близкие родственники, родственники либо близкие лица прямо или косвенно связаны с тем лицом, которым было совершено деяние.

Зависимость может быть служебной (подчиненность по службе), материальной (долговые обязательства), имущественной (проживание в квартире, пользование автомобилем), семейной (нахождение в родстве или свойстве) и т.п.В каждом случае следователь, дознаватель должны как оценивать реальность зависимости, так и устанавливать, является ли эта зависимость причиной того, что потерпевший не обратился с заявлением о возбуждении уголовного дела самостоятельно.15. К «иным причинам», по которым потерпевший не способен самостоятельно воспользоваться принадлежащими ему правами, относятся и ситуации, когда преступление, уголовное преследование по которому осуществляется в порядке частного обвинения, было совершено неустановленным лицом.Этим обеспечивается надлежащее реагирование со стороны следователя, дознавателя на каждое деяние, содержащее признаки преступления, принятие мер, направленных на установление личности виновного в этом преступлении и привлечение его к уголовной ответственности в закрепленном уголовно-процессуальным законом порядке.16.

Уголовные дела обо всех преступлениях, за исключением указанных в ч.

2 и 3 комментируемой статьи, относятся к уголовным делам публичного обвинения. Их возбуждение, предварительное расследование и судебное разбирательство производятся, исходя из общественных интересов, независимо от мнения потерпевшего и любых иных заинтересованных лиц.

Уголовное преследование по данным уголовным делам осуществляется от имени государства следователем, дознавателем и прокурором.Самым распространённым методом преследования и рассмотрения уголовного дела является публичный метод.

Судебное разбирательство при этом проходит открыто для всех категорий участников.Отличительные признаки публичного порядка заключаются в следующем:

  • Невозможность прекращения уголовного производства за примирением сторон.
  • Расследование и поддержание обвинения в суде осуществляется должностными лицами (дознавателем, следователем, прокурором).
  • Юридические лица (организации) и физические лица (граждане) обязаны исполнять требования правоохранительных органов (отвечать на запросы, давать свидетельские показания). Уголовный кодекс РФ предусматривает ответственность за отказ от показаний.
  • Отсутствие необходимости личного заявления пострадавшего для начала расследования.
  • Обвинение предъявляется от имени государства.

Поводом для начала расследования эпизода преступления наряду с обращением потерпевшего являются другие сообщения о факте деяния (например, рапорт должностного лица или даже явка с повинной). В заявлении о преступном факте, выступающем причиной для начала уголовного дела, должна содержаться конкретная информация о подготовке или совершении преступления. При этом публичный порядок обвинения не требует, чтобы заявитель просил о привлечении виновного к уголовной ответственности.В случае подтверждения в ходе предварительной проверки фактов совершения противоправного действия, указанных в сообщении, следователь (дознаватель) постановляет возбудить уголовное дело.Ведение дел публичного характера включает два этапа:

  1. досудебное следствие, состоящее из возбуждения уголовного дела и предварительного расследования;
  2. судебное производство.

Результаты предварительного расследования, отражённые в обвинительном документе, предоставляют прокурору информацию обо всех подробностях преступления и доказательствах причастности привлекаемого лица к совершённому деянию.В роли основных субъектов преследования выступают: государственный обвинитель (прокурор), подсудимый и его адвокат, судья.

Право участия в судебных разбирательствах закон предоставляет всем заинтересованным лицам (пострадавшим от преступления и их представителям).Потерпевшие также наделены правом:

  • Выражать отвод судье, прокурору или присяжным заседателям.
  • Заявить какое-либо ходатайство.
  • обвиняемому.
  • Представить дополнительные доказательства причастности подсудимого к противоправному эпизоду.
  • Принять участие в судебных прениях.

Все участники процесса могут обжаловать приговор (постановление) судьи. Для обжалования закон отводит период в десять дней.Для каждой стадии преследования законодатель регламентирует предусмотреть свои сроки.

Досудебное следствие не должно занимать более двух месяцев.

По окончании данного периода собранные материалы передаются прокурору либо гражданин признаётся невиновным в совершении инкриминируемого ему противоправного эпизода. У прокурора есть контрольные пять суток для возврата дела на доработку либо для направления на рассмотрение судебной инстанцией.В случае признания причастности обвиняемого к преступному эпизоду следует назначение и исполнение наказания. Процедура преследования при этом завершается.

Общее время гонения напрямую зависит от длительности процесса.( 2 оценки, среднее 4.5 из 5 )Понравилась статья? Поделиться с друзьями:

Частно-публичное обвинение

Норма ст. 2 Конституции РФ ставит государство в положение стража прав и свобод своих граждан, поскольку возлагает на него обязанность признания, соблюдения и защиты прав и свобод человека и гражданина.

Преступность — один из наиболее значимых источников угроз для прав и свобод личности, в связи с чем государство, реализуя обозначенную конституционную обязанность, предпринимает комплекс мер, направленных как на предупреждение преступлений, так и на устранение негативных последствий уже совершенных преступных деяний. Преступление затрагивает права и законные интересы не только отдельной личности — потерпевшего, но и всего общества, ведь опасность, исходящая от совершившего преступное деяние лица, угрожает неограниченному кругу граждан.

Интересы общества в целом и каждого из его членов в отдельности воплощаются в публичный интерес, требующий нейтрализации этой опасности, предупреждения совершения преступником нового злодеяния. Уголовное судопроизводство представляет собой инструмент решения этой задачи, позволяющий выяснить все обстоятельства совершенного преступления, установить личность виновного, изобличить его и правильно применить к нему соответствующие уголовно-правовые меры.

Поскольку в случае обнаружения признаков преступления возникновение опасности для общества и всех его граждан презюмируется, деятельность уполномоченных государственных органов в сфере уголовной юстиции носит инициативный, наступательный характер. В данном положении кроется основание господства в уголовном судопроизводстве принципа публичности, в соответствии с которым прокурор и органы предварительного расследования обязаны по собственной инициативе (по долгу службы, ex officio) осуществлять уголовное преследование, как правило, по каждому ставшему им известным случаю совершения преступления. Потерпевший в силу различных причин может не желать привлечения виновного к уголовной ответственности, однако его мнение при решении вопроса о начале осуществления уголовного преследования, по общему правилу, не учитывается, ведь деятельность правоохранительных органов направлена не только и не столько на защиту нарушенных прав потерпевшего, сколько на обеспечение общественной безопасности.

Публичный интерес, вмещающий в себя интересы неограниченного круга лиц и требующий применения к виновному адекватных уголовно-правовых мер, признается более значимым в сравнении с интересом отдельной личности, возражающей против уголовного преследования.

Вместе с тем в некоторых случаях законодатель отдает приоритет личным интересам потерпевшего и, поступаясь публичным интересом, ставит в зависимость от волеизъявления жертвы преступления не только возбуждение уголовного дела (начало уголовного преследования), но даже и прекращение производства по делу. Подобные привилегии предоставлены потерпевшим по уголовным делам частного и частно-публичного обвинения.

Сами термины «частно-публичное обвинение» и «частное обвинение» указывают на участие в обозначаемых ими видах уголовного преследования частных лиц (граждан и организаций, потерпевших от преступления).

Уголовные дела частно-публичного обвинения характеризуются тем, что возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего или его законного представителя и могут быть прекращены за примирением сторон лишь при наличии оснований, предусмотренных ст.

25 УПК. В соответствии с ч. 3 ст.

20 УПК уголовное преследование в частно-публичном порядке осуществляется по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 131, ч. 1 ст. 132, ч. 1 ст.

136, ч. 1 ст. 137, ч. 1 ст. 138, ч. 1 ст. 139, ст. 145, ч. 1 ст. 146, ч. 1 ст. 147 УК. Из положения закона о том, что уголовные дела частно-публичного обвинения возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего (его законного представителя), вовсе не следует, что потерпевшему (его законному представителю) предоставлено право возбуждения уголовных дел рассматриваемой категории.

В действительности субъектами этого права остаются орган дознания, дознаватель и следователь, которые принимают соответствующее решение по результатам предварительной проверки, осуществляемой в порядке, предусмотренном главой 19 УПК. Но вот вынести решение о возбуждении уголовного дела частно-публичного обвинения орган предварительного расследования вправе только при наличии выраженного в заявлении волеизъявления на то потерпевшего (его законного представителя).

Если же основания для возбуждения уголовного дела отсутствуют, орган дознания, дознаватель или следователь обязаны, несмотря на поступившее от потерпевшего (его законного представителя) заявление, вынести постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Таким образом, смысл установления особенностей возбуждения уголовных дел частно-публичного обвинения состоит в обеспечении потерпевшему (его законному представителю) права на то, чтобы уголовное дело рассматриваемой категории не было возбуждено вопреки его воле.

Данное право потерпевшего является одним из проявлений диспозитивности в уголовном судопроизводстве. Чтобы обеспечить реализацию в рамках стадии возбуждения уголовного дела указанного диспозитивного права потерпевшего, законодателю потребовалось усложнить процедуру производства в рассматриваемой стадии, установив особые условия, необходимые для возбуждения уголовных дел частно-публичного обвинения.

Согласно ч. 1 ст. 146 УПК орган дознания, дознаватель или следователь в пределах компетенции, установленной уголовно-процессуальным законом, вправе возбудить уголовное дело только при наличии повода и основания, которые предусмотрены ст. 140 УПК. В ч. 1 ст. 140 УПК к числу поводов для возбуждения уголовного дела отнесены: 1) заявление о преступлении; 2) явка с повинной; 3) сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников. Регулируя порядок возбуждения уголовных дел частно-публичного обвинения, законодатель выделил заявление потерпевшего (его законного представителя) в качестве особой разновидности такого повода для возбуждения уголовного дела, как заявление о преступлении (ч.

3 ст. 20, ч. ч. 3 и 4 ст. 147 УПК).

Заметим, что в юридической литературе давно звучат предложения увязать приобретение лицом процессуального статуса потерпевшего с вынесением постановления о возбуждении уголовного дела.

Обратил на это внимание в своем ежегодном докладе и Уполномоченный по правам человека в РФ В.П.

Лукин, по мнению которого, ст.

146 УПК необходимо дополнить положением о том, что пострадавшее от преступления лицо признается потерпевшим одновременно с возбуждением уголовного дела. Очевидно, что необходимость внесения в УПК предлагаемых дополнений особенно остро ощущается по делам частно-публичного обвинения, ведь, принимая во внимание при решении вопроса о возбуждении уголовного дела выраженное в заявлении волеизъявление определенного лица, орган дознания, дознаватель, следователь тем самым de facto констатируют, что данное лицо пострадало от преступления, т.е. является потерпевшим (не случайно в законе речь идет о заявлении потерпевшего).

А раз так, то почему для реализации прав потерпевшего в ходе расследования то же самое лицо должно дожидаться, пока орган, ведущий уголовный процесс, вынесет соответствующее постановление? Итак, если по уголовным делам публичного обвинения безразлично, что послужит поводом для их возбуждения — заявление о преступлении, поступившее от потерпевшего или от очевидца; явка с повинной либо сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников, то применительно к возбуждению уголовных дел частно-публичного обвинения поводом может служить только заявление о преступлении, причем поданное не кем бы то ни было, но исключительно потерпевшим или его законным представителем. Другими словами, модель возбуждения уголовного дела частно-публичного обвинения построена таким образом, что заявление потерпевшего (его законного представителя) выступает в качестве единственного законного повода принятия данного решения.

Даже наличие оснований, указанных в ч.

2 ст. 140 УПК, при отсутствии указанного повода не позволяет вынести решение о возбуждении уголовного дела. Поэтому законодатель включил в перечень оснований для отказа в возбуждении уголовного дела

«отсутствие заявления потерпевшего, если уголовное дело может быть возбуждено не иначе как по его заявлению, за исключением случаев, предусмотренных частью четвертой статьи 20 настоящего Кодекса»

(п. 5 ч. 1 ст. 24 УПК). В связи с этим уместно привести позицию Я.О.

Мотовиловкера, называвшего заявление потерпевшего предпосылкой уголовного процесса по делам частно-публичного обвинения. При этом под предпосылками уголовного процесса он понимал совокупность условий, предоставляющих возможность определенным путем рассмотреть и разрешить по существу вопросы, составляющие предмет процесса.

Другими словами, предпосылки процесса — это условия, при отсутствии которых недопустимым признается процесс в целом, а не его отдельная стадия или отдельное процессуальное действие. Следовательно, отсутствие предпосылки процесса влечет прекращение дела на любом этапе судебного разбирательства. Как видно, применительно к уголовным делам частно-публичного обвинения законодатель ограничил действие принципа публичности, поставив их возбуждение в зависимость от волеизъявления потерпевшего (его законного представителя).

Возникают вопросы: какими мотивами при этом руководствовался законодатель? на чем основано рассматриваемое диспозитивное право потерпевшего (его законного представителя)?

Из смысла ч. 1 ст. 20 УПК следует, что уголовное преследование распадается на осуществляемое в публичном, частно-публичном и частном порядке в зависимости от характера и тяжести совершенного преступления. Проливает ли данная норма свет на истинные причины, побудившие законодателя предоставить потерпевшему (его законному представителю) диспозитивное право на то, чтобы без его согласия уголовное дело частно-публичного обвинения не было возбуждено? Думается, нет. Очевидно, что преступления, перечисленные в ч.

3 ст. 20 УПК, характеризуются той же степенью общественной опасности, что и сопоставимые с ними по тяжести преступления, уголовное преследование которых осуществляется в публичном порядке. В связи с этим неверно обосновывать выделение преступлений, преследуемых в порядке частно-публичного обвинения, в особую группу тем, что они в большей мере посягают на личные интересы граждан или представляют меньшую опасность для общества. Все деяния, перечисленные в ч.

3 ст. 20 УПК, — преступления, а значит, они по определению (ч. 1 ст. 14 УК) являются общественно опасными деяниями.

Как отметил Конституционный Суд РФ в Постановлении от 27 июня 2005 г. N 7-П, введение законом уголовной ответственности за то или иное деяние является свидетельством достижения им такого уровня общественной опасности, при котором для восстановления нарушенных общественных отношений требуется использование государственных сил и средств. Следовательно, причины введения в уголовный процесс частно-публичного порядка уголовного преследования следует искать в другом.

По справедливому замечанию А.Д. Бойкова, примеров противоречий как в нормах уголовного судопроизводства, так и в практическом применении его принципов и институтов немало, и это подтверждает общие социальные закономерности, вынуждающие ранжировать защищаемые ценности с тем, чтобы в конфликтных ситуациях приносить в жертву одни из них ради других, более высоких. Интерес потерпевшего, который в силу различных причин может не желать начала производства по уголовному делу о совершенном в отношении него преступлении, вступает в противоречие с публичным интересом, направленным на защиту общества от опасности, исходящей от преступника.

Вместе с тем в демократическом государстве никакие интересы — будь то публичные или личные — не могут и не должны отстаиваться любой ценой. Регулируя порядок действий правоприменителя в ситуациях, сопровождающихся конфликтом интересов общества и отдельной личности, законодателю всегда приходится выбирать меньшее из двух зол, сравнивая последствия различных вариантов регламентации процессуальной деятельности. В некоторых случаях возбуждение уголовного преследования вопреки воле потерпевшего может причинить интересам личности столь существенный вред, что такой образ действий ни при каких обстоятельствах не может быть признан оправданным.

Как указал Конституционный Суд РФ, законодатель вправе дифференцировать порядок производства по различным категориям уголовных дел, допуская включение в него элементов диспозитивности, которая предполагает учет волеизъявления лица, пострадавшего от преступления, вплоть до придания ему определяющего значения при принятии ряда ключевых процессуальных решений в целях более полного обеспечения прав и свобод человека и гражданина… в том числе для предотвращения нежелательных для лица, пострадавшего от преступления, последствий его участия в уголовном процессе. Сказанное в первую очередь относится к уголовным делам о половых преступлениях. В уголовно-процессуальной науке уже давно утвердилось мнение, согласно которому право решать вопрос о возбуждении уголовного дела предоставляется потерпевшим от изнасилования, с тем, чтобы не допустить нежелательной для них огласки события преступления.

Те же причины побудили законодателя установить аналогичный порядок возбуждения уголовных дел о преступлениях, предусмотренных ч.

1 ст. 132 УК (насильственные действия сексуального характера).

Кроме того, во избежание нежелательной огласки обстоятельств частной жизни гражданина законодатель отнес к числу уголовных дел частно-публичного обвинения дела о преступлениях, предусмотренных ч.

1 ст. 137 УК (нарушение неприкосновенности частной жизни). Поэтому первой причиной наделения потерпевшего правом на то, чтобы уголовное дело частно-публичного обвинения не возбуждалось вопреки его воле, следует признать необходимость обеспечения защиты прав и интересов данного лица от возможной в случае возбуждения уголовного дела огласки события преступления, которая может причинить потерпевшему больше вреда, нежели само преступление. Вместе с тем защита прав потерпевшего — не единственное основание установления частно-публичного порядка уголовного преследования.

Вторая причина заключается в том, что преступный характер некоторых деяний невозможно установить без помощи потерпевшего. В одних случаях это обусловлено латентным характером некоторых преступлений, в других — необходимостью учитывать субъективное отношение потерпевшего к деянию: воспринималось ли оно им как преступление. В частности, обнаружение без активной помощи потерпевших преступлений, предусмотренных ч.

1 ст. 136, ч. 1 ст. 137, ч. 1 ст. 138, ч. 1 ст. 139, ст. 145 УК, для органов публичного уголовного преследования представляет значительные сложности. Кроме того, установить, например, было ли нарушено конституционное право гражданина на неприкосновенность частной жизни, без учета мнения потерпевшего вообще невозможно.

Кстати, это в полной мере относится и к уголовным делам об изнасилованиях и насильственных действиях сексуального характера. Оценка произошедшего события лицом, предположительно являющимся потерпевшим, имеет в подобных случаях решающее значение. Необходимость учета волеизъявления потерпевших при возбуждении уголовных дел о нарушении авторских и смежных, изобретательских и патентных прав (ч.

1 ст. 146, ч. 1 ст. 147 УК) объясняется тем, что в предмет доказывания по этим делам входят обстоятельства, связанные с созданием произведения литературы, искусства или науки, изобретением или рационализаторским предложением, участием либо неучастием в нем определенных лиц, с их согласием либо несогласием на воспроизведение, распространение или оглашение. Сведения об этих обстоятельствах являются, прежде всего, достоянием автора и без активной помощи потерпевшего они вряд ли могут быть успешно установлены органами публичного уголовного преследования . Таким образом, введение в процедуру возбуждения уголовных дел частно-публичного обвинения элементов диспозитивности обусловлено в конечном счете тем, что на сегодняшний день не существует публичных механизмов, которые позволяли бы без учета мнения потерпевшего правильно решать вопросы о том: 1) не причинит ли огласка существенный вред правам и интересам жертвы преступления, 2) воспринималось ли деяние потерпевшим как преступление, и т.п.

Причины, послужившие основанием включения в процедуру возбуждения уголовных дел частно-публичного обвинения элементов диспозитивности, одновременно объясняют и отсутствие у потерпевшего права распоряжения обвинением (уголовным иском) на последующих этапах процесса: после возбуждения уголовного дела производство по нему ведется в общем порядке (ч. 1 ст. 147 УПК). Обратившись в правоохранительные органы с заявлением, потерпевший (его законный представитель) тем самым подтверждает, что возбуждение уголовного дела не нарушит его прав и интересов, а значит, с этого момента не существует более никаких препятствий для осуществления уголовного преследования в публичном порядке.

Как писал Л.Я. Таубер, потерпевший, прежде чем возбудить преследование по делу, касающемуся интимных сторон жизни, должен взвесить, не причинит ли ему огласка больше вреда, чем само преступление. И если он возбудит преследование, то нет уже никаких оснований ставить исход дела в зависимость от воли потерпевшего и обвиняемого.

Понятно, что уголовное преследование должно приобретать публичный характер и в том случае, когда потерпевший в своем заявлении подтвердит, что деяние, противоправность которого невозможно установить без учета его субъективной оценки потерпевшим, является преступлением. А.М. Ларин справедливо отмечал, что цели института возбуждения уголовного дела, принципы гуманизма и законности уголовного процесса, его этические основы обусловливают необходимость последовательного проведения публичного начала в интересах лиц, неспособных самостоятельно отстаивать свои права и потому нуждающихся в особой заботе и поддержке.

Как любой иной принцип организации процессуальной деятельности, диспозитивность имеет ценность лишь тогда, когда позволяет более эффективно (в сравнении с публичным порядком) решать стоящие перед уголовным судопроизводством задачи. Необходимым условием реализации участниками уголовного процесса своих диспозитивных прав является возможность свободно распоряжаться этими правами. Вместе с тем на практике вполне может возникнуть ситуация, когда потерпевший в силу различных причин не будет иметь возможности свободно выразить свою волю или принять решение в соответствии со своими действительными интересами (порок воли).

В этом случае диспозитивное построение стадии возбуждения уголовного дела окажется неэффективным, а потому не только не будет способствовать, но, возможно, станет даже препятствием к достижению назначения уголовного процесса.

Поэтому законодатель предусматривает публично-правовой механизм защиты прав потерпевшего: следователь, а также с согласия прокурора дознаватель обязаны возбудить уголовное дело о любом из преступлений, указанных в ч. 3 ст. 20 УПК, и при отсутствии заявления потерпевшего (его законного представителя), если данное преступление совершено в отношении лица, которое в силу зависимого или беспомощного состояния либо по иным причинам не может защищать свои права и законные интересы (ч.